Форум (главная)

[Сергей Моисеев]

Радость и гнев - это отступление от Дао; печаль и скорбь - утрата Блага (Дэ); любовь и ненависть - неумеренность сердца; страсти и вожделения - путы человеческой природы.

Единство всей тьмы вещей сосредоточено в одном отверстии; корень сотен дел выходит из одной двери.

Его (Дао) движение бесформенно; изменения происходят словно исполненные духом. Его шествие бесследно. Оно всегда держится позади, а оказывается впереди.

Поэтому совершенный человек, управляя, прячет свой слух и зрение, отвергает внешние украшения, полагается на Дао, отказывается от умствований, с народом вместе исходит из общего блага. Сокращает то, что хранит; сводит до минимума то, чего домогается; бежит от соблазнов и привязанностей, отбрасывает страсти и вожделения, воздерживается от размышлений. Сокращает то, что хранит, и все оказывается под наблюдением; сводит до минимума то, чего домогается, и все обретает.

Тот, кто слушает и смотрит, полагаясь на уши и глаза, напрасно трудит форму, но не становится прозорливым. Кто управляет с помощью размышлений и знаний, терзает сердце, но не достигает успеха. Поэтому мудрец придерживается меры, хранит колею, не нарушает их соответствия, не меняет их постоянства. Отвес следует шнуру, его отклонения повинуются должному. Потому радость и гнев - это отступление от Дао; печаль и скорбь - утрата Блага (Дэ); любовь и ненависть - неумеренность сердца; страсти и вожделения - путы человеческой природы.

Человек, охваченный гневом, разбивает инь, охваченный радостью - разбивает ян, ослабление духа делает немым, возбуждение вызывает безумие. Чем неистовее печаль и скорбь, тем ощутимее боль; чем пышнее расцветают любовь и ненависть, тем неотступнее преследуют несчастья. Поэтому высшее благо в том, чтобы сердце ни печалилось, ни наслаждалось; высший покой в том, чтобы постигать, но не меняться; высшая пустота в том, чтобы не обременять себя страстями; высшее равновесие в том, чтобы ни любить, ни ненавидеть, высшая чистота в том, чтобы не смешиваться с вещами.
Способный к этим пяти постиг божественную мудрость и, следовательно, овладел своим внутренним.

Хуайнаньцзы (пер. Л.Е. Померанцевой)

[Алексей Зотов]

Этимология иероглифа Дэ:

Де «сила; добродетель» записывается китайским иероглифом 德 как на традиционном китайском, так и на упрощённом китайском. Этот иероглиф 德 объединяет чи 彳 «шаг; идти» радикал (повторяющиеся графические элементы, указывающие на значение) с чжи 直 «прямой; вертикальный» и синь 心 «сердце; разум». De 德 имеет редкие варианты написания徳 (без горизонтальной линии 一) и 悳 или 惪 (без 彳 «ступни»).

Самые ранние письменные формы de 德 — это иероглифы из династии Шан (ок. 1600–1046 гг. до н. э.) и бронзовые иероглифы и пиктограммы из династии Чжоу (1045–256 гг. до н. э.). Древние иероглифы писали de 德 с помощью 彳 «шаг; идти» и 直 «прямо», позже к бронзовым иероглифам добавился элемент 心 «сердце; разум». Иероглиф чжи 直 «прямой; вертикальный» идеографически изображал шу 丨 «вертикальную линию (в иероглифе)» над му 目 «глаз», бронзовый иероглиф превращал линию в ши 十 «десять», а иероглиф-печать разделял глаз и сердце горизонтальной линией. Поэтически это можно было бы истолковать как выбор между «из чрева» и «в могилу». Поскольку глаз ассоциируется с мирскими желаниями и потребностями, в отличие от сердца, которое является средоточием de и потребностей.

[Ссылки могут видеть только зарегистрированные пользователи. ])

[Алексей Зотов]

Трактование этимологии Дэ по Петру Алексеевичу Будбергу:

Будберг провел «графофонетический анализ» de Основываясь на фонетическом элементе чжи 直«вертикально; прямой» и радикальный行предполагающем движение, он переводит de как английское пробуждать «установленный вертикально; направленный вверх» (от латинского реклама- «к») или проницательный «привитый; вставленный» сила (от латинского insitio «внедрять; прививать»). Интерпретируя心«сердце; ум» как обозначение «внутренностей», он берет префикс от латинского индолы «врожденное качество; естественное расположение», чтобы еще больше неологизировать неотвратимый Будберг приходит к выводу, что существительное de лучше всего переводится как enrective в пассивном смысле — сила или мощь привлекательный в активном смысле влияния на других. Он говорит, что китайцы понимали de как мощное, но не принудительное, и как корректирующее, а не исправительное. Поскольку ранние тексты описывают de 德как приобретенное качество, он предполагает, что это пароним de得« приобретать ; получать», что является общим определением de «сила; добродетель». Наконец, он отмечает возможную этимологию «смотреть прямо; смотреть прямо на вещи; интуиция», поскольку ранние графики чжи直изображали прямую линию над目«глазом» (горизонтально написано罒в德).

Виктор Х. Майр предлагает корреляцию между протоиндоевропейским дью и de .

[Ссылки могут видеть только зарегистрированные пользователи. ]

[Сергей Моисеев]

В Хуайнаньцзы есть описание того, как человек, увлекаясь внешним, теряет свое внутреннее.
Поэтому мудрец внутри совершенствует искусство владения Дао и не украшает внешнего долгом- справедливостью.

Дерево в сто обхватов срубают и делают из него жертвенную чашу. Обрабатывают резцом, расписывают зеленым и желтым, украшают золотом, извилистыми расписными узорами с драконами и змеями, тиграми и барсами. А щепки от дерева лежат в канаве. От жертвенной чаши они так же далеки, как прекрасное от безобразного, однако и чаша, и щепки в равной степени утратили природу дерева. Тот, у кого разум преступает меру, говорит цветисто; у кого благо (Прим - Дэ) выходит из берегов - поступает лицемерно. Совершенное цзин погибает внутри, а обнаруживается это в речах и поступках. И тут неизбежно тело становится рабом вещей.

Тот, чьи поступки неискренни, заставляет свои частицы цзин устремляться вовне. Но частицам цзин есть конец, а поступки не имеют предела, и потому волнуется сердце, замутняется разум, корень приходит в смятение.
Когда потеряло устойчивость то, что этот корень хранит, то вовне он вслед за общим мнением судит о проступках, а внутри из-за этого замутняет свой чистый разум. В таком случае развлечениям нет конца и нет ни мгновения чистого покоя.
Поэтому мудрец внутри совершенствует искусство владения Дао и не украшает внешнего милосердием и долгом- справедливостью. Не знает, что сообщают ему глаза и уши, а странствует в гармонии духа. Подобные ему внизу проникают до трех источников, вверху исследуют девять небес, по горизонтали пересекают шесть пределов, сквозь пальцы пропускают тьму вещей. Это странствие мудреца.

Хуайнаньцзы (пер. Л.Е. Померанцевой)