Форум (главная)

[Сергей Моисеев]

Предлагается новая тема - Лао-цзы и Конфуций.

[Алексей Зотов]

— Самое важное — это милосердие и справедливость, — ответил Конфуций.
— Разрешите узнать, каков характер милосердного и справедливого? — спросил Лаоцзы.
— Хорошо, — ответил Конфуций. — Без милосердия нельзя стать благородным мужем; без справедливости нельзя даже родиться благородным мужем. Милосердие и справедливость — таков характер истинного человека. Как же может быть иначе?
— Разрешите спросить, — сказал Лаоцзы, — что [вы] называете, милосердием и справедливостью?
— От души радоваться вместе со [всеми] вещами, любить всех без пристрастия. Таковы чувства милосердия и справедливости, — ответил Конфуций.
— О! Почти как в речах последышей. Любовь ко всем разве не нелепость? Беспристрастие — разве это не пристрастие? — сказал Лаоцзы. — [Если вы], учитель, не хотите, чтобы Поднебесная лишилась своих пастырей, вы [должны желать ей] постоянства [такого же], как у неба и земли. Ведь, конечно, будут светить солнце и луна, будет свой порядок у звёзд и планет, будут стаи птиц и стада зверей, и деревья будут [расти] вверх. [Если бы вы], учитель, действовали, подражая [их] свойствам, следовали [их] путём, то уже [достигли бы] истинного. К чему же столь рьяно вещать о милосердии и справедливости, точно с барабанным боем отыскивать потерянного сына? Ах, [вы], учитель, вносите смуту в характер человека!

"Чжуан-цзы" пер. Л.Д.Позднеевой

Этот отрывок хорошо сравнивает человеколюбие и пристрастия Конфуция и отстутсвие таковых у Лао-цзы.

[Алексей Зотов]

Конфуций спросил Лаоцзы:
— Можно ли назвать мудрым человека, который овладевает путём, будто подражая сильному: [делая] невозможное возможным, неистинное истинным; [или] софиста, который говорит, что отделить твёрдое и белое [ему] так же [легко], как [различить] светила на небе?
— Это суетливый мелкий слуга, который трепещет в душе и напрасно утруждает тело. Ведь уменье собаки загнать яка, ловкость обезьяны исходят из гор и лесов, — ответил Лаоцзы. — Я скажу тебе, Цю, о том, чего нельзя услышать, о чём нельзя рассказать. У многих есть голова и ноги, но нет ни сердца, ни слуха; но нет таких, кто, имея тело, существовал бы вместе с не имеющим ни тела, ни формы. Причины движения и покоя, смерти и рождения, уничтожения и появления не в самих [людях], [но] некоторые [из причин] управляются людьми. Того же, кто забывает обо [всех] вещах, забывает о природе, уподоблю забывшему самого себя. [Только] забывшего о самом себе и назову слившимся с природой.

"Чжуан-цзы" пер. Л.Д.Позднеевой

В данном фрагменте Конфуций показан как ученик Лао-цзы, или, как минимум, человек перенимающий мудрость у него.

[Алексей Зотов]

Конфуций расспросил Лао-цзы о ритуалах. Конфуций в сопровождении своего ученика Наньгун Цзиншу отправился в Лоян в эпоху Восточной Чжоу в двухконной повозке с разрешения правителя Лу . Согласно записям , во время своего визита к Лао-цзы, который тогда был Хранителем архивов, Конфуций также посетил Великого Мастера Чан Хуна, чтобы узнать о музыке и изучить ритуальную систему династии Чжоу.

[Алексей Зотов]

Самое раннее упоминание этой истории встречается в «Чжуанцзы», но поскольку это аллегория, рассказы противоречивы; данные о возрасте Конфуция, когда он спрашивал о ритуалах, сильно различаются между «Записями великого историка» и «Книгой ритуалов» (17-51 год). В «Записях великого историка» это событие зафиксировано как произошедшее в 523 году до н.э. во время правления герцога Чжао из Лу , что вызвало вопросы у последующих поколений .Даосы периода Воюющих царств, возможно, сфабриковали эту историю, чтобы возвысить статус Лао-цзы.

[Сергей Моисеев]

Встреча Конфуция и Лаоцзы обросла большим количеством легенд и интерпретаций, и некоторые из рассказов могут быть и противоречивы. Бесспорно, по видимому, одно - эта встреча произвела впечатление на Конфуция, достаточное для того, чтобы истории о факте их встречи были пронесены учениками Конфуция и исследователями его наследия более чем через две тысячи лет.
В Шицзи Сыма Цянь приводит в том числе и такое описание:

Луский Нань-гун Цзин-шу как-то сказал правителю Лу: «Прошу Вашего разрешения вместе с Кун-цзы отправиться в столицу Чжоу». Правитель предоставил им повозку, двух лошадей и одного мальчика-слугу для сопровождения. Поездка в столицу Чжоу нужна была, чтобы узнать о ли (нормах поведения) и, как говорят, для встречи с Лао-цзы.

При расставании Лао-цзы сказал [Конфуцию]: «Я слышал, что богатые и почтенные люди, провожая гостя, дарят ему ценности, а человеколюбивые мужи провожают гостя [напутственными] словами.
Я не обладаю богатствами и знатностью, но меня называют человеколюбивым, и поэтому, провожая Вас, я скажу: «Кто имеет ясный ум, глубоко проникает [в суть явлений] и находится на закате жизни, тот любит общаться с людьми. Кто много знает, широко образован и красноречив, тот навлекает на себя опасности, так как пробуждает недобрые чувства людей. Будучи сыном своих родителей, нельзя думать только о себе, будучи подданным [правителя], нельзя принадлежать только себе».

Сыма Цянь, Шицзи

[Ссылки могут видеть только зарегистрированные пользователи. ]

[Алексей Зотов]

Чжун-ни не избежал омраченности от вульгарных чувств и отнюдь не был тем человеком, который мог бы учиться пути бессмертных.
Ведь Конфуций жил то здесь то там, разъезжал повсюду, активно пытался исправить свою эпоху, смотрел вверх и печалился о том, что не слышит крика феникса, смотрел вниз и радовался, что он подобен несъедобной тыкве. Его волновала жажда купли и продажи своего таланта, тревожили мысли о человеке с плетью, ищущем богатства. Как же в таком случае он мог бы отбросить дела и подвиги этого мира и посвятить свою жизнь совершенствованию в искусстве пестования жизни, требующему покоя и уединения?»

Гэ Хун "Баопу-цзы", пер. Е.А. Торчинова

Гэ Хун в молодости - блестящий конфуцианец, глубоко знавший и понимавший конфуцианство. Более того "Баопу-цзы" и написан во-многом как ответ даоса-практика заносчивому аристократу-конфуцианцу.

[Алексей Зотов]

Хотя Чжун-ни и был совершенным мудрецом относительно мирских дел, он не был способен погрузиться в безмолвие сокровенной чистоты и в самом себе хранить недеяние. Поэтому Лао-цзы и вразумлял его, говоря: „Самые ценные товары глубоко прячут, чтобы они казались пустыми и несуществующими, а благородный муж, наделенный всей полнотой Благой Силы-Дэ, кажется похожим на глупца. Прошу вас, сударь, отказаться от присущего вам духа гордыни и от множества страстей, отбросить влечение к женщинам и стремление к пороку, ибо от всего этого не будет пользы для вашего тела.

В этой цитате из "Баопу-цзы" Лао-цзы даёт указания Конфуцию относительно начала совершенствования в Дао-пути. Из них же видно множество мирских стремлений Конфуция.

[Евгений Осипов]

三酸图 сань суань ту, или «Старцы, пробующие уксус» 尝醋翁 чан цу вэн.


Три мудреца – Конфуций, Будда и Лао-Цзы пробуют уксус из цветов персика 桃花醋 таохуацу, который представляет собой Вкус Жизни. У Конфуция выражение лица кислое, Будды – горькое, а у Лао-Цзы – сладкое.

[Алексей Зотов]

И эти слова ничем не отличаются от того, что Янь Хуэй сказал о нем самом: „Когда я смотрю на него спереди, то внезапно оказываюсь сзади: его учение слишком крепко, чтобы проникнуть в него, и слишком возвышенно, чтобы снизу взирать на него"».

Гэ Хун "Баопу-цзы", пер. Е.А. Торчинова

Здесь лучший ученик Конфуция, говорит что учение (Конфуцианство) слишком возвышенно и крепок.